Аморузо София

Я подружилась с некоторыми другими интернет-магазинчиками, но в целом окружение было не очень. Хотя я и благодарна ему за то, что оно подготовило меня к зубодробительному миру большого бизнеса. «Nasty Gal Vintage» появился на карте из ниоткуда и принялся палить по всем мишеням, очень быстро сделавшись одним из самых успешных магазинов в своей категории. Дело было даже не в вещах, а в том, как я их продавала. Фотография и стайлинг не были профессиональными, обычно всем занималась я, но они все же были на световые годы впереди всех моих конкурентов. Я не тратила времени на форумные разборки и попытки потопить соперников, я делала магазин единственным в своем роде. И на это подтягивались покупатели: они тратили у меня больше денег и времени. Это, конечно, не закончилось ничем хорошим. Другие продавцы очень расстроились и коллективно решили, что я занимаюсь подложными ставками, для чего надо было бы создать «левый» аккаунт и искусственно завышать цены. Но объемы магазина росли день ото дня, и я просто зашивалась, поэтому у меня и секунды не было на то, чтобы лезть в эти кошачьи драки. Они казались мне безумной тратой времени, однако очень скоро они стали меня раздражать.

Источник: Источник: София Аморузо, #Girlboss. Как я создала миллионный бизнес, не имею денег, офиса и высшего образования [пер. с англ. А.Н. Гардт] - Москва: Эксмо, 2021. - c. 51-54

У меня были постоянные клиенты на евау, и мои аукционы заканчивались на все более высоких ценах. Однако бизнес все еще оставался маленьким. Если модели не соглашались работать за гамбургер, веселого дня и нескольких замечательных фото обычно хватало. Я наняла Лизу, красивую брюнетку среднего роста с глазами с поволокой и надутыми губками, и мы отправились в Порт-Косту.

[...]

Многие думают, что работа из дома похожа на отпуск и получается делать все, что захочется, когда захочется. Не в моем случае. Запросы на еBау диктовали очень строгий график. Мои аукционы были ограничены по времени, поэтому за пропущенный дедлайн мне грозили реальные последствия. Лучшим временем для начала работы был вечер воскресенья.

После того как все было отснято, я становилась машиной. Я проводила целый день за редактированием фотографий. С Photoshop я была на «вы», поэтому просто блюрила недостатки и обрезала лишнее. Я разработала методы повышения своей эффективности. Я загружала все фото на FTP и использовала шаблоны для моих выкладок. Мои пальцы напоминали ветер, я печатала примитивный HTML-код, изображая из себя двенадцатилетнего хакера. Сочиняя описания, я вдавалась в детали. Я включала советы по стилю на тот случай, если кто-то захочет козырек как у Бетти Уайт, но МІА. Я включала все: промеры от плеча до плеча, от не будет знать, с чем его носить, в отличие от рэпера подмышки до подмышки, талию, бедра, длину. Я указывала каждый недостаток и всегда была честна относительно состояния вещи.

Заголовки аукционов на еBау всегда больше напоминают науку, чем искусство. Каждая моя надпись начиналась с «ВТЖ» («винтаж»), а дальнейшее было сборной солянкой из поисковых запросов и настоящих описаний. «Бейбидолл» и «Питер Пен» были на пике популярности в 2007 году, иногда проскальзывали термины «хиппи» и «бохо», а потом все это превратилось в «архитектурность кроя» и «авангард». Если честно, я ужасно рада, что забыла большую часть этих слов и систему их употребления. В то время я ела, спала, пила и видела сны про поисковые запросы. Потом я вскакивала, закутанная в мокрые простыни и одеяло, и орала в пустоту: «Коктейльное платье в пайетках из 80-х!»

Я обожала отправлять вещи. У меня снова случилось обсессивно-компульсивное расстройство по поводу почты США, почти как на работе в Subway. Я была конвейером из одного человека. Корзина слева, корзина справа и все необходимое для отправки посередине на столе.

В корзине справа лежали те винтажные вещи, которые только что продались и должны были быть отправлены. Я брала предмет и рассматривала, в хорошей ли он форме. Я застегивала молнии, пуговицы и крючки, а потом складывала его и упаковывала в пакет из прозрачного пластика, который закрывала наклейкой. Я печатала чек и записку, в которой было сказано: «Спасибо за покупку в Nasty Gal Vintage! Мы будем рады, если Вы полюбите вашу вещь так же сильно, как мы!» При этом я, конечно, была одна. Потом я клала пакет в коробку и шлепала сверху адрес. Хотя нет, я гордилась тем, как аккуратно это все было проделано. Я предполагала, что покупатель так же ценит эстетику, как и я. Да и вообще, я не хотела, чтобы кто-то догадался, что вся компания – это одинокая девочка в комнате.

К двадцати трем годам моя жизнь казалась сюрреалистичной. Я вспоминаю типичную закупочную поездку в Лос-Анджелес. Я пила пиво на заднем дворе у своих друзей. На тот момент мои аукционы закрывались на отметке в две с половиной тысячи долларов. Я зарабатывала в неделю больше, чем за месяц на моих предыдущих работах. Моя мать писала мне длинные письма, умоляя вернуться в общественный колледж, а я смотрела на свой банковский счет и думала, что на этот раз она, кажется, не права.

Иногда на мои вещи возникал такой спрос, что это становилось даже чересчур. Однажды я продала газовое платье цвета слоновой кости с заниженной талией, расшитое белым и серебряным бисером. Оно выглядело немного похожим на наряды сестер Олсен с красных дорожек. После этого я месяцами получала тонны слезных писем от будущих невест, которые умоляли меня найти другое такое же. Иногда они думали, что я накручиваю цену, но никто не знал, что у меня нет склада винтажной одежды, что я просто девчонка, которая просматривает все стенды в секонд-хенде.

_________________________________________________

София Аморузо, #Girlboss. Как я создала милионный бизнес, не имея денег, офиса и высшего образования. - М. "Эксмо", 2021. – с. 46-50